ПЕРВЫЙ РАЗ

СКАЧАТЬ ЭТОТ РАССКАЗИК, ИЛИ ПРОСЛУШАТЬ, В МОЕМ ИСПОЛНЕНИИ, В ФОРМАТЕ МР 3 ФАЙЛА, МОЖНО ЗА 50      КАФФФЕТ .

ЧИТАТЬ, КАК ВСЕГДА - ПРОТО ТАК)))

Я уже говорила, что частенько попиваю чаек с девочками из салона. Если бы мне пришло в голову записывать их трескотню, то в десятитомник,  фиг бы,  уложилась. Но самые интересные байки я все же выложу. Мне удобней от первого лица, просто,  не акцентируйте на этом внимание.

В  Питер приехала в поисках работы. Мошенники из рекрутингового агентства довольно ловко лишили меня львиной доли сбережений, взамен отправив в «цех по приготовлению полуфабрикатов». Оказавшимся, на самом деле, подпольным, вонючим сараем, руководимым жирным узбеком. Персонал, соответственно,  тоже не блистал славянскими чертами. Едва сдерживая рвоту от местных ароматов и видов,  я послала узбека немного дальше его исторической родины, сразу после того, как он попытался отобрать мой паспорт.

На улице пронизывающий ветер, жилья нет, денег на два дня. Из активов – номер конторы, где требовались девочки 18 – 22 лет с привлекательной внешностью. По поводу того, что эта за работа я не обольщалась, но это все,  что у меня было.

Набрала, на том конце приятный,  женский голос. Я сбивчиво описала ситуацию. Меня не перебивали. Затем спросили:

- У тебя деньги на такси есть?

- Совсем немного. Может,  я автобусом. Не хочу тратить последнее.

- Хорошо, называй адрес. За тобой приедут.  

Когда я уже начала, постепенно,  превращаться в ледяной столбик, рядом  остановилась симпатичная иномарка. Из нее вышел высокий, спортивного вида кавказец. Посмотрел на занесённую снегом меня, на мой огромный баул:

- Ты,  Ирина звонил?

Я кивнула.

- Поехали.

Пока я успела возразить, он уже паковал мои пожитки:

- Не стой, давай,  садись.

Дикое желание хоть капелюшку согреться перебороло  желание не быть разобранной на органы. Впрочем,  19 лет  – хороший  возраст, чтобы умереть молодой и красивой. Тронулись. Мой спутник посмотрел на меня:

- Зачем дрожишь? Совсем замерз? Сейчас тепло больше сделаю.

Надо отдать ребятам должное. Народ они, конечно,  нагловатый (надеюсь,  Иркина охрана не читает моих рассказов),  но даже с нами, с девочками, всегда ведут себя по-рыцарски.  Наш, же русский Ваня, если тебе заплатил, считает нужным вести себя как эсэсовец в белоруской деревне.

Приехали. Новый, красивый дом. Чеченец завел меня в квартиру. Однушка. В комнате еще двое молодых джигитов. Не знаю, как не описалась в этот момент. Тот, что привез меня, ободрил:

- Не бойся девочка. Никто не обижал. Сейчас Ирина придет.

Я сняла верхнюю одежду. Присела на краешек дивана. Чеченцы пристально рассматривали,             по-своему переговариваясь. Если меня просто изнасилуют и отпустят  - буду считать этот день самым счастливым в своей жизни. Щелкнул замок. В квартиру вошла эффектная, породистая дамочка лет 35:

- Привет. Ты мне звонила? Рассказывай.

- А что тут рассказывать?

- Зовут тебя как?

- Лиля.

- Лиля. Хорошо,  меня Ирина. Хозяйка этого балагана. Ты понимаешь, чем тебе придется заниматься?

- Догадываюсь.

- Славно. Для начала покажи себя.

Я неуверенно поднялась. Кивнула на трех парней:

- При них?

Ирина посмотрела на меня,  как на дуру:

- А ты, вообще,  как работать планируешь? В одежде? Мне скромняшки не нужны. Хочешь постесняться - иди шаурмой торгуй. А здесь надо раздеваться перед каждым, сосать и, трахаться. Эти ребята – наша охрана. Так что? Я тебя увижу, или чайку попьешь, погреешься и дальше пойдешь?

Я решилась.

Стянула с себя толстый свитер, облегающие джинсики, поколебалась, затем и маечка и трусики упали на пол. Скромничать смысла не было. Подняла вверх ручки. Пусть смотрят. Желание не ночевать на вокзале придало уверенности. Фигурка у меня хорошенькая. Немного узковаты, по-мальчишески бедра, зато хорошо смотрятся на фоне почти троечки груди и копной русых волос.

Ирина подошла ко мне. Покрутила рассматривая.

- Не рожала?

- Мне 19.

Она улыбнулась:

- И в 15 рожают. Хорошенькая. Старичкам такие нравятся. Если, кроме сисек,  и в голове хоть немного есть – не пропадешь.

И неожиданно добавила:

- Тебе на билет домой сколько не хватает?

- Пять.

- Вот,  и хорошо, – она с плотоядным прищуром глаз, нежно поиграла пальчиками с моими сосочками, - Давай так, вот этих троих обслужишь, я тебе пятерку заплачу. Потом решишь – подходит работа тебе или нет.

- Давайте, – я растерянно оглянулась, - прямо сейчас?

- Нет. Можем Сочельник подождать, но лучше сейчас.

- Хорошо. Я согласна.

- Вот,  и славно. Башир, она ваша.

И ушла. Сразу стало неуютно:

- Я…я в душ.

Старший кивнул:

- Иди. Только быстрее.

В душе я размышляла о происходящем. Если уходить, то сейчас. Если оставаться, то надолго. Да, черт, с ним. Работа как работа. Не хуже, чем на узбеков горбить. Вытираясь, приоткрыла дверь:

- Башир,  сумочку подай.

Он взял сумочку со стола, подошел:

- А что там, нож?

Его напарники рассмеялись. Я, голенькая, поигрывая грудью, распахнула дверь шире:

- Там косметика. Не могу же я к таким мальчикам выйти не накрашенной!

Башир заулыбался. Положил огромную лапищу на мою упругую, девичью грудь. Помял ее:

- Маладец. Я сразу знал. Хороший девка.

Я распустила волосы. Они волнистой копной рассыпались по спине. Почти до самой попки. Конечно, такая красавица стоит больше, чем дают, но… пока, иных предложений не поступало. Распахнула дверь. Мягко перебирая ножками,  вышла в центр комнаты, не прикрывая тела:

- Я готова!

Мальчики зацокали языками. Башир выкатил огромный пуф:

- Давай, Лила. Времени йок. Скоро клиент будет. Работа. Мы тебя вместе ебать будем!

Раз в пятый, в тот день, мне захотелось не рождаться. Я опустила глаза:

- Ребята, только в попу не надо. Я не готова. Давайте в другой раз?

- Давай, Лила! Не будем в попа!

Успокоенная, встала рачком на пуфик. Тогда нормально. Сексом девку не испугать. Принимать в себя члены – наше природное назначение. Смочила кончики пальцев слюной. Увлажнила вульву. Раздвинула половые губки.

Ребята начали раздеваться. Похлопывая и поглаживая меня, стоящую в покорной позе. Я следила за ними, когда они натягивали резинки.  Эрекция у них была, дай боже,  и без моего участия. Смуглые, причудливо изогнутые фаллосы, хороших размеров. Таких крупных у меня еще не было. Впрочем, как и опыта в сексе. Башир подошел первым. Головка члена уперлась мне в лицо:

- Начинай, Лила!

Я обхватила головку губами, и поняла, что в них не так: обрезанный член, без крайней плоти. Выглядит  круто. Визуально больше, а орально…!? Начала сосать будто соску. Ему оказалось мало! Медленно, без грубости, он начал проталкивать член в мой ротик. Настойчиво. Умения мне, канеш, не хватало. Брала старанием. Не просто сосала, но и успевала быстро облизывать язычком.

Руки второго легли на мои бедра. Погладили ягодицы. Вначале, проникли пальцы, осторожно двигались во мне, изучая. Затем их место занял член. Нет, не член – членяка!

Поймала себя на мысли: все окей, я расслаблена, даже немного приятно. Сжала мышцы влагалища. В ответ – глухой стон. Представила нас со стороны. Наверно красиво смотримся. И ребята красивые и я, няшка, вся такая. Будь я чуть искушенней, не исчерпывайся мой опыт парой прыщавых малолеток, наверное, бы получила настоящее, первое удовольствие.

Первые двое кончили в меня почти одновременно. Но не скоро. Похождения того дня не давали мне расслабится. Я была суховата. Промежность изрядно натерли.

Одевшись, уходя, Башир сказал:

- Мой брат. Займись им. Я скажу Ирине, пусть берет тебя. Очень хороший девка!

Вытащил из кармана обещанные деньги. Положил на столик:

- Это твой.

Самый младший из них, сидевший на диване, наблюдавший за нами, шелохнулся только после их ухода. Надо было соображать. Еще одного в себя я не вынесу. Писечка горела огнем. С обворожительной улыбкой,  толкнула парня на место, когда он попытался подняться. Фантазия  работала  на полную. Член молодого чеченца поочередно бывал,  то в моих губах, то между сисечек. Но даже тогда, высунув язычок, я умудрялась ласкать его. Излился он прямо в лицо, тело содрогалось, а сперма толчками продолжала бить. Я вся была в ней!

Ирина зашла, когда я, свернувшись калачиком под пледом, тихо плакала. Нет, как бы ничего плохого не случилось. Просто плакала. Она, по-матерински,  погладила мои волосы:

- Не переживай девочка! Теперь, все будет хорошо! Я специально напугала тебя. Мне нюньки не нужны. Ты сильная. Все получится. 

 И.  Все получилось )))))   

 

 

Добрая и честная, и сердцу дорогая, русская полиция ты нам как мать родная))))

Я знаю как проходит субботник в госсучереждениях. Старых коров везут на показушную, для прессы,  посадку деревьев. Молодых и сообразительных – по саунам. Но это все ерунда по сравнению с тем, что такое субботник в салоне. Когда девки рассказали, меня даже легкая зависть забрала.

Я работала у Ирины чуть больше месяца. Много интересного произошло. Людей, характеров, пенисов, самых различных форм и размеров. Клиентов хватало выше крыши. Запомнился один, из постоянных. Грек, обаятельный очаровашка, всегда с цветами для каждой девушки, но с таким огромным членищем, что даже бывалые бледнели при его посещениях. Зная это, грек щедро доплачивал за «неудобства». Была у его инструмента еще одна чудная особенность. В пике возбуждения он так сильно загибался вверх, что головка почти касалась живота. Трахаться с ним,  можно было только на спине или на животике. Все прочие позы, требующие обычного положения пениса вызывали у него болезненные ощущения. Видимо, по той же причине затруднения с семяизвержением. А теперь представьте – это чудо молотит вас без устали.

Грек всегда заказывал 3 – 4 часа. Каждый час меняя девочку. Если же твое лоно доставляло ему особое удовольствие – мог и не поменять. Работать после трех часов общения с этим перфоратором, в близжащие  сутки, было уже невозможно. Разве что сосать, у забежавших на 15 минут, перепуганных мужей. Пытались схитрить. Предложили ему двух девушек одновременно (киньте утюгом в мой монитор, если кто из вас откажется от подобной малины). Грек же лишь пожал плечами:

Зачем мне две? Член то у меня один.

Ответил так не из жадности. На чай он ставлял столько, что еще неделю его можно было пить вприкуску с хамоном и фуагра. Просто человек такой.

Конечно, как любой постоянный клиент, он предпочел свежее мясцо. Девки, шутя, перекрестили меня в след. В комнате грек сказал:

- Разденься, спусти халат до пояса, бедра не оголяй.

Я послушно исполнила. Он подошел. Залюбовался. Провел пальцами по коже груди, не касаясь сосков. Обошел сзади:

- Ты молодая. Сколько лет?

- Девятнадцать.

- У тебя много было мужчин?

- Я же в салоне работаю.

- Скольких в день обслуживаешь?

- Человек пять.

- Тебе реально нравится заниматься сексом, или просто бизнес?

Как бы ответить не обидно?

- Разные люди, разные эмоции. Аппетит приходит во время еды. До салона я мало занималась сексом, и он мне не очень нравился. Да и партнеры были так себе.

- Окей. Стой там, где стоишь. Не трогай себя!

Я и не трогала. Но, раз сказано – тем более не стану.

- Я хорошо плачу за любовь, но взамен требую искреннего желания!

- Вы приятны…

- Молчи!

Он начал раздеваться. Снял пиджак, рубашку, расстегнул ремень брюк. Оставшись в одних плавках,  с интересом посмотрел на мою реакцию, стягивая и эту деталь туалета. Конечно, он был волосат. Он же грек. Из густой чащи, абсолютно вертикально, вырастала змея из мужской плоти. Огромная головка, блестящая от смазки, действительно напоминала голову змеи с раздувшимся капюшоном. Удивлённая,  я закрыла лицо руками, но взгляд оторвать была не в силах! Грек улыбнулся.

- Я не знаю. Как такое возможно! – восхитилась я искренне, непроизвольно делая шаг навстречу.

- Ты хочешь его потрогать?

- Очень. Я такого даже в кино не видела.

Мне бы тогда призадуматься, как я его в себя принимать буду, но любопытство перебило прочие мысли. Грек поманил пальцем:

- Подойди, возьми его.

Я не поняла, хотела встать на колени, он остановил:

- Разрешаю только руками!

Обхватила его обеими, и поверите – там еще оставалась куча места. Мне передалась пульсация его вен. Немного сжала пальчики. Отпустила. Так несколько раз. Прилив крови усилился. Головка членища потемнела. Было вообще непонятно, как он не теряет сознание.

- Нравится? – грек запустил пальцы в копну моих густых волос, - Ты возбуждена?

Я кивнула:

- Блииин, мне страшно. Он огромный. Он даже не войдет в меня!

Грек рассмеялся:

- Войдет. У вас там все растягивается. Однако, я пока не верю тебе. Повернись, скинь халат.

Шелк легким дуновением скользнул вниз.

- Хорошо, очень хорошо! Красивая! Наклонись, ниже. Упрись руками в пол. Такая тонкая талия и одновременно пышный зад! , - довольно поцокал он языком.

Мои руки коснулись ковра.

- Раздвинь ноги. Хорошо! Теперь я буду смотреть, как ты возбуждена.

Он провел пальцами по вульве, пошевелил ими там. Черт возьми, я конечно была испуганна слегка, но и заведена не меньше. Работа или не работа для девушки секс, но редкую, из нас, оставит равнодушной подобный экземпляр. И все это ерунда, когда говорят:  размер не имеет значения. Имеет, еще какое и физическое и эстетическое. Машины тоже все одинаковые. Четыре колеса, руль, педали, но не родился еще тот олень, который обменяет новенький крузак на старый москвич. В первую очередь здесь природное женское любопытство ну и желание покрутиться на кожаном шесте, канеш.

Поэтому,  грек сразу ощутил, как увлажнился мой бутончик. Он вошел в меня одним пальцем, а второй уперся в попку.

- Ты позволишь?

- Если только пальчиками, но сладкий, я не смогу впустить туда твой член! Ты меня порвешь!

- О, конечно нет!

Грек оставил в покое мое лоно, принимаясь сношать исключительно попку. Я не большая поклонница анального секса. Однако завелась реально и не испытывала дискомфорта и даже подмахивала бедрами. Наигравшись с моей пятой точкой, грек велел мне пососать. Сделать это было не так -то легко. Член тянуть на себя он не позволял, так что мне досталась лишь головка. Засунув ее в рот, я сразу превратилась в хомяка с набитыми щеками. Сделать фелляцию столь приличному размеру не так-то легко.

После, грек показал на кровать:

- Ложись на живот, подложи под него подушку.

Я вытянулась на кроватке. Моя попка аппетитно приподнялась. Вначале, зная мощь своего инструмента, грек проникал в меня осторожными толчками. Меня уже распирало изнутри, а он все двигался и двигался вперед. Когда же конец? Наконец он уперся в матку. Я глотнула воздуха: держись девочка! Грек просунул руку под меня, жадно сжал упругую плоть моей пышной груди. Его разобрала похоть. Очень скоро он забыл про осторожность, принимаясь безжалостно таранить мое, скромных размеров, лоно. Я стонала, извивалась, кричала,  билась.

Вначале было даже очень приятно, огромный зверюга тяжело ворочался во мне, я чувствовала его каждым миллиметром, каждым нервом, ну вот он ускорил темп. Стало не очень. Думаю, я испугалась, сжалась, сделав только хуже. От нового удовольствия грек зарычал, прижал мою голову к кровати. Головка пениса, уже без жалости, буравила матку. Я закричала, но клиент, увлеченный собой, не обратил внимания. Словно желая разорвать меня. Ничего не оставалось. Сама согласилась. Я вцепилась в покрывало и терпела. Острая боль усиливалась при каждом новом проникновении.

Сколько же времени прошло? Когда сие закончится. Когда раздастся спасительный стук в дверь, указывающий, что время вышло? Но только хриплое дыхание грека, да едва слышный скрип кровати.

Две теплые струйки потекли по щекам. Сама не заметила, как заплакала. Канеш, можно было попросить остановиться. Взыграла профессиональная гордость. Ирина, безусловно, поменяла бы на другую. А потом слушать подтрунивания девок. Ну уж нет. Буду терпеть чего бы не стоило! А он все двигался и двигался, плотно прижимаясь своим телом ко мне.

Наконец в дверь постучали. Грек, довольно отдуваясь, скатился с меня, похвалил:

- Хорошо с тобой! Хочу продлить еще на час!

Я, украдкой, вытерла слезы. Тоже перевернулась на спину. Увидела себя в зеркале с раздвинутыми ножками. Ирина, мудрая женщина, не поскупилась, украсив все комнаты, у изножья и изголовья кровати, большими зеркалами. Так, сношая девочку рачком,  клиент видит картинку со всех сторон или с удовольствием наблюдает скачку на его члене сзади. На самом деле это дико заводит. Например, если olia.mishenko2013 заходит к нам в гости, то из комнаты ее приходится выносить с охраной. Такой она нарцисс.

Но то, что увидела в зеркале я, выглядело ужасно! Моя киска, очень маленькая, аккуратная. Половые губы почти не видно. А сейчас это выглядело некой покрасневшей, зияющей раной. Внутри горело огнем. Ни о каком часе и речи быть не могло!

НЕМНОГО ОТ СЕБЯ:

Начинала писать о том, что есть субботник в салоне, однако, в скайпе, меня замучили вопросами – где пропадала всю прошлую неделю. Вот и решила совместить  истории. Продолжение, про субботник, выложу на днях.

А пропадала я в кроватке того самого грека, вернее, он в моей. Когда мне девки рассказали про него, я не поверила. Думала – заливают. Ну член, ну большой! У нас, моделек, калибры игрушек тоже, знаете ли, и машем мы ими по 5-6 часов кряду. Разве кто видел плачущую модельку?

Я насела на Ирину: познакомь да познакомь, уж больно любопытно стало. Прошло время, познакомила. Рассказ пишу с чужих слов, но с собственными ощущениями.

Итак, продолжим, о суровых буднях и коротких часах отдыха людей в погонах

Вот и настала моя, с Натальей, очередь ехать на дачу к ментам. Каждую неделю Ирина включает благодарочку, посылая двух девочек, скрасить досуг покровителям. Удовольствие, канеш, сомнительно и неоплачиваемое, но, что делать?

Гулять стражи порядка любят с восхода солнышка, поэтому, уже к одиннадцати утра, охранник привез нас в тихий дачный поселок, сказал, вернется по звонку и помахал ручкой. Дачка оказалась так себе, новая,  но коррупцией не пахла. Зато крепким перегаром, неадекватом и прочим шармом человеков-свистков пахнуло аж за забор. Стучать в калитку было бесполезно. Зашли так. В дальнем конце двора дымила баня, да так сильно, что напоминала старый паровоз. Казалось,  она вот-вот даст гудок и рванет по транссибирской магистрали. Видимо, нас увидели с окна. Тут же на порог вывалили четыре стража порядка. Кто в чем, в основном не в чем.

- Ооо! Загалдели они, - Че так долго то? Ирка совсем берега потеряла?

Вместо ответа Наташа, что то прошептала. Я так и не разобрала. То ли молитву, то ли пожелания гореть в аду, натянула дежурную улыбку, распростерев объятия,  ломанулась вперед. Типа,  люблю бухую полис крепче мамы.

Вообще, Наташа, в жизни очень веселый, жизнерадостный человек. Любит то, чем занимается, не стыдится этого, славится фирменным минетом, способным реанимировать любого клиента. Ей бы на скоряке работать! Однако, сейчас притворялась. Тоже понимала – здесь с нами церемонится, не станут.

Она впорхнула на крыльцо. Даже в этой ситуации я залюбовалась девчонкой, ее фигуркой. Смуглая,  двадцатилетняя молдаваночка, с маленькой, крепкой грудью (однажды мы работали с гостем в паре, видела, как она лихо скакала на нем в позе наездницы, клянусь, сиськи даже не шелохнулись), пышной попкой и длинными, крепкими ножками. Если бы мне пришлось выбирать девочку, не для работы, а так, для души, выбрала бы ее.

- Мальчикииии… - с нескрываемым восторгом заголосила она, - как же я соскучилась!

Учитывая,  что всех, кроме участкового, она видела впервые в жизни, то минет, был ее не единственным достоинством.

Дабы не выглядеть дурой я тоже изобразила нечто: «кричали женщины ура и в воздух чепчики бросали». Однако, долго порезвится мне не дали. Самый старший и грузный из ментов, который, видимо, и по званию был самый, огромного роста, волосатый дядя, с дикими от затяжного запоя глазами, ткнул меня пальцем в грудь:

- Стой! Новенькая?

- Стою, ну как бы да.

- Сиськи покажи!

Четыре пары глаз замерли на мне. Конечно, я уже приучила себя преодолевать смущение. Сняла плащ, стянула свитер. Погода стояла холодная, да и к тому же Ирина сама велела не наряжаться. Мол, те, бухие скоты не оценят, а только попортят. Так что наши покровы никак не тянули на одеяния жриц любви. Со стороны посмотришь – обычные студентки.

Мои пышные груди плавно качнулись, когда я стягивала вверх через голову. Тонкая, пушистая, нежная шерсть, одетая на голое тело, наэлектризовала мои соски. Сейчас они выглядели весьма аппетитно. Большие, маняще изогнутые к верху.

- Них..я себе! – искренне восхитился майор (отныне будем так его именовать), - Я думал это, как его, наи…лово, что б сиськи больше казались. Разденешь шалаву, а там…

- Пушаперы. – тихо подсказала я.

- Чегоо?

- Ху..ня для сисек.

-А, ну да, вот это самое. – радостно согласился майор, - свои хоть?

- Нет, папины.

Менты радостно заржали. Майор положил оба полушария на свои ладони, поиграл ими, как бы взвешивая бархатистую округлость.

- Хороша! – выдохнул он, - И не раздолбанная, поди!

- Ага! Жди! – отозвался один из его товарищей, - Эти сейчас рано начинают.

- А вот я и проверю. Собирайся. Пойдешь со мной. А вы пока с этой развлекайтесь. – кивнул он на Наташу, - Только аккуратно там, без синяков, а то опять мамка пиз..ть будет.

Он накинул на плечи халат и вышел. Я, закутавшись в плащ, за ним. В предбаннике, майор скинул с себя все, повернулся ко мне:

- Где ты там?

Стягивая джинсики, я украдкой, посмотрела на его хозяйство. Здоровый зараза! Пусть былые мышцы изрядно обросли начальственным жирком, и все же тело, по-прежнему, излучало несокрушимую мощь русского мужика. Даже член выглядел слегка подкаченным.

Во время работы в салоне я уже ко многому привыкла, но там все же почти дом, там Ирина, там надежная охрана, мгновенно пресекающая любое проявление неадеквата. А здесь,  наедине с людьми, упивающимися чувством вседозволенности, скажу честно, даже в жарко натопленной бане, по спине пробежал холодок.

Занятая мыслями, я как то замешкалась, запуталась в джинсах и, едва не пробила, в потемневших стенах сруба, головушкой, новое оконце. То ли не столь ярко выраженная любовь к органам, то ли моя неловкость, что то из этого, сильно взбесило майора. Он грубо подхватил меня на лету, вытряхнул из джинс, держа на весу, сорвал стринги. От острой боли в нежных тканях я вскрикнула. Правда, как то в пустоту. Майор заволок меня в низкую, неимоверно натопленную баню. Здесь он воткнул меня ногами в пол, именно воткнул, окатил из ушата кипятком полок и грузно вытянулся на нем:

- Давай, попарь меня. а то мутит.

Веники прели в кадке. Я, от души, минут десять, хлестала по нему. Он только кряхтел и тяжело отдувался. Наконец поднялся, хрустнув могучим телом, возвышаясь надо мной. Я едва доходила ему  до груди.

Майор открыл дверь, выпуская клубы пара:

- Давай кобылка, побаловались и будя. Пора делом заняться.

В предбаннике, у стены, стоял топчан.

- Ты куда собралась? – окрикнул майор, когда я направилась к вещам.

- За презервативами.

- Ты точно новенькая. В презервативах ишаков будешь на точке обслуживать. А здесь так. Да и не люблю я резину.

Я опешила:

- Как без резинки? Не буду без нее! А если я больная?

- Не пи..ди!  Вы там нормально бережетесь.

Он насильно швырнул меня на топчан. Едва я успела развернуться, тут же запихнул мне в рот член. Дабы не усугублять горькую долю, я со всем старанием занялась его инструментом. Мало ли, такой прибьет,  не поморщится. Майор, грубо схватив меня за волосы, довольный, елозил в моих бархатистых, податливых губах. Натешившись, велел встать на колени сзади него. Задрал  ногу на топчан, так что его мощная задница, разъехалась:

- А теперь, полижи мне очко, а рукой надрачивай.

Я, осторожно, прикоснулась кончиком языка к его, так сказать, заповедному, легонько поласкала там, а затем уже впилась в него острым,  горячим буравчиком. В то же время теребя, мгновенно окрепший кол. Майор застонал, заваливаясь на вытянутые руки:

- Да, да, давай сучка!

Он с упоением задвигал бедрами. Трахая, то мою крепко сжатую на пенисе ручку, то мой шаловливый язычок. Я искренне старалась и ему это нравилось. Мышцы его ног напряглись. Он на мгновение застыл, затем, громко вскрикнув, слил обильную струю. Горячая жидкость потекла между моих пальчиков. Я быстренько перебежала вперед. Снова на коленках, скользя язычком по всей длине ствола,  слизала дары мвд.

- А теперь пальцы обсоси! – новая команда

ПРОДОЛЖЕНИЕ ЧУТЬ ПОЗЖЕ. СПАТКИ ХОЧУ, ПОМИРАЮ))))

Рассчитывая, что все уже позади, я с удовольствием исполнила и это, шаловливо глядя ему в глаза.

Все только начиналось! Майор, с виртуозностью фокусника, извлек, неизвестно откуда, бутылку водки (вообще, на той даче, водка была повсюду), и два соленых огурчика. Тяпнув, он с хрустом, зажевал выпитое. Протянул бутылку мне:

- На, выпей. А то ты какая то деревянная. Ну ничего,  научишься. Пи…дой махать не дома строить.

Меня прямо распирало съязвить про ментовской жезл, но желание жить возобладало. Выпила, вернее,  сделала вид.

- Закуси!

Он снова, бесцеремонно, запихал в мой ротик свое достоинство. С потенцией у майора было окей. Член очень быстро пришел в боевое положение.

- В жопу трахаешься? – поинтересовался он, орально насилуя меня.

Интересно, каким органом мне следовало ответить? Впрочем, для людей его профессии отсутствие ума, скорее, достоинство чем недостаток. Я отрицательно мотнула головой.

- А придется! -  зареготал майор, - Ты это, только сильно не напрягайся.

Я наконец вырвалась из его рук:

- Мы так не договаривались. Я не трахаюсь в попку!

- Да куда ты на хрен денешься!

Майор подкинул меня, в воздухе развернул спиной к себе, кинул на топчан, наваливаясь сверху. Ногами широко раздвинул мои ножки. Я едва могла дышать под этой тушей,  не то, что шевелиться. Набрала полные легкие воздуха, завопила:

- Отпусти, прекрати!

- Да заткнись ты. – майор зажал мой рот рукой.

Цапнула его за палец.

- Вот сучка! – он быстро одернул руку, - Угомонись, пока не прибил!

Я уже и сама поняла: анала не избежать, а выхватить – шансы есть. Уже тихо попросила:

- Отпусти, не насилуй. Я так дам.

- Ну вот бы сразу. – осклабился майор, - А то включила целку.

Он освободил меня. Как и любой в нашей стране, я не в жизнь не оставлю личные вещи наедине с ментами. Поэтому благоразумно прихватила сумочку с собой. В ней была смазка. Закончив приготовления, вернулась на исходную, послушно раздвинула попку руками:

- Давай милый, вставь мне скорее!

Майор вызвал шлюх, соответственно, я и вела себя как шлюха. Всячески подыгрывала ему, извивалась телом, помогала бедрами, стонала, просила еще да поглубже. Даже, позволяла целовать, искренне надеясь на дезинфицирующие свойства спиртного. Майор, сразу превратился из гнусного животного в довольно урчащего, барского кота. Даже одаривал чем то, напоминающим ласку.

И все же кончать не собирался. Смазка впиталась, теперь, он просто рвал мою, почти девственную дырочку,  на сухую. Тогда я придумала:

- Милый, отпусти на минутку,  пописать. Я бы еще выпила, а ты?

Слава, слава Менделееву и его, самому важному изобретению. От чего угодно откажется русский мужик, даже от жизни во имя светлых идеалов, но фраза «выпить хочешь» действует так же безотказно, как заклятие «патронус» в «Гарри Потерре».

- Давай, а то я чет увлекся. А ты ничего. Надо будет еще раз вызвать.

Епт, что ж я натворила! Ладно, это будет потом. Сейчас надо жопель спасать, что б неделю не ходить в раскорячку. Ласковой кошечкой подала ему одинокий огурчик и водочку:

- Пей первым.

На удивление, он глотнул как то отрешенно, без азарта, помутневшими глазами посмотрел на меня:

- Ты это, того, где собралась, ну это..?

- Писать?

- Ну да.  

 Я пожала плечами:

- Не знаю. Где тут туалет?

- Ты это, погоди. – майор приложился к бутылке по серьезному, - Не спеши. Я спросить чего хотел. Как бы посмотреть?

День сразу перестал быть томным. Вот оно что! Тем не менее, продолжила разыгрывать дурочку:

- Как я буду писать?

- Ага! – радостно закивал майор.

- Плохой мальчик! – я потрепала его за щеку, внутренне готовясь к ответной подаче в лобешник, - Я пописаю, только скажи где?

Майор очнулся:

- Идем.

Мы снова в бане.

- Ложись. – приказал майор показывая на полок,  - Давай здесь!

От нетерпения его голос слегка подрагивал, а член торчал палкой, как та фигня на носу старинных кораблей.

Я подначила:

- Поиграй с собой. Хочу видеть это.

- Стерва! – майор расплылся в улыбке, однако начал осторожные манипуляции со стволом, - Давай, начинай.

Я легла спиной на раскалённые доски полока. Подняла ножки вверх и развела их, обнажая срамоту. Благо, писать мне реально хотелось, ибо в дороге надулись с Натой энергетика.

Майор, как то бочком, приблизился ко мне на опасное расстояние, почти вплотную.

Я, даже застонала выпуская … ну вы понимаете. Энергетик, он на то и энергетик, сил придает. В общем, майору лупануло прямо в лицо.

- Стоойй! – заорал он.

С того дня прошло много времени, но для меня до сих пор загадка, как от этого крика, я вообще не сделала все свои дела?

- Замри. – продолжал он, - Я сейчас.

Майор пулей вылетел их бани.

«За пистолетом побежал, сейчас пристрелит» - мелькнуло в моей голове. Вы не поверите, но я так и осталась лежать, ножки рогаткой. Не спорю, не самая геройская поза принять пулю. Господи, но почему я не пошла на завод? А вообще, как напишут в протоколе: убита при попытке написать на сотрудника полиции? Да на похоронах не плакать, ржать все будут. Хлопнула входная дверь. Появился майор, в руках наручники и обрывок бельевой веревки:

- Не ссала?

А нет, только арест.

- Не ссала? – нетерпеливо переспросил он. Его трясло.

- Нет.

- Ты можешь? Вот наручники, руки сзади мне пристегни, а вот веревка, ты ее на шею мне и затяни немного. Я на колени встану, и ты на меня пописаешь.

Если кто помнит гифку с котом из Шрека – примерно так выглядел майор.

Жизненного опыта у меня маловато, наручники захлопнулись быстро, а вот с петлей не выходило. Майор исходил соками, то умолял, то рычал. И тут я совершила поступок, о котором не стыдно и внукам в старости рассказать. Я поставила свою миниатюрную ножку на его напряженный член, с силой надавив вниз:

- Заткнись сука, сломаю хозяйство. Через трубочку ссать будешь!

Чудо! Майор рухнул на шпагат, только не на вытянутых ногах, а на коленях. Наконец, мне удалось подобие петли. Дернула за ее конец. Сделала шаг , села на полок, развела ножки. Ступней прижимая член к деревянному полу. Майора колотила лихорадка, жар, внутренний жар,  он потел. Его член был влажный и скользкий. Мои пальчики заскользили по нему. Я начала ссать, извините за грубость, не писать, а именно ссать. В этой желтой, долгой струе была вся мощь ненависти русского народа к людям в погонах. Революционный дух.

Как то инстинктивно, наверное, я перетянула петлю и… он стрельнул, обливая семенем ступню, захлебываясь в моей моче.

Народ, маленькое отступление от рассказа. Просто в тему. О полиции. Случай сегодня. Спешу, лечу. Вечеринка в свинг клубе «Посох дедушки Мороза». Заскочила домой. Накормила мадам Кота, иначе бы, под утро, собирала свои вещи на улице. Потом в магазин трусики в тему купить. Еду. Останавливают. Чет тормоза уже не те,  да и гололед. В общем, пока останавливалась сзади уже погоня, опускаю стекло. Няшная вся такая, красивая аж жуть. Улыбаюсь похотливо:

- Офицер, извините, спешу на утренник. Нарушила?

И так, легонько коленки в чулочках немного в стороны. Вы бы оценили.

- Документы!

Выхожу, вверх не одеваю. Холодно, терплю! Стриптизерши так вокруг шеста не трутся,  как я о ту машину. Проезжающие притормаживали. Еще бы чуть-чуть и пробка образовалась бы. Мурлычу:

- Может, договоримся? Реально опаздываю.

Дальнейшее описывать не буду. Уехала бы моя машина вместе с трусиками на эвакуаторе, если… думаете,  детишкам на молочишко подкинула, секс на заднем сидении, минет? Ан нет, граждане. Банально, звоночек. И самое обидное, но будь я старая, страшненькая, кривенькая, тогда понятно, я же такая хорошенькая, что сама себя готова трахнуть. К чему это я – мало в полиции натуралов. Без обид, личное наблюдение. Продолжим:

Короткое завершение приключений девок на субботнике у полиции.

Сидим. Тяжело дышим. Майор на меня смотрит, я на него. Возбуждение прошло и понимаю: стыдно ему сейчас, ой как стыдно, по самые не балуй. С горем пополам освободила от оков узника совести. Он меня сразу за горлышко лебяжье, к стеночке припер:

- Смотри лярва, если кто из этих, кто в доме или подруг твоих узнает, поедешь фуфайки шить!

Не поверила я ему. Вообще не поверила. Тому, кто, куда, зачем поедет – бааальшой вопрос. Это же не я, при исполнении, под присягой, девчонок насилую, но испуг разыграла во всей красе. Конечно, да что вы, да ни в жизни! И глаза, такие голубые и невинные.

Майор, меня на плечи закинул, в дом принес. Там сейшен коромыслом. Три стража порядка на диванчике, вокруг расселись. Наталья стоит на коленях, одному сосет, двух других руками удовлетворяет. В общем тоже не скучала. Даже посмотрела на меня как то с укоризной: мол, долго гражданка налегке прохлаждались.

- Что майор. Хороша оказалась? Дай и нам попробовать. А то вот девушка одна, притомилась.

Любитель острых ощущений сгреб с половины стола содержимое на пол, выгружая меня на освободившееся пространство:

- Пацаны, да я не против. Ваша очередь. Принимайте.

Но те уже и по кончали по разу и выпили изрядно. Тянуло их на остренькое. Они заставили меня лечь на диван, а Наталью поставили сверху в позе 69.

- О, вот это картинка. Надо снять!

Один из присутствующих навел на нас камеру смартфона. Наталья резко выпрямилась, запротестовала:

- Ребята, мы уезжаем. Договор есть договор: никаких сьемок!

Старший согласился:

- Поддерживаю. Убери камеру!

Но, новоявленный Тарковский не унимался:

- Да ладно, дайте хоть сфоткаю.

Терпение не входило в число добродетелей майора. Камера полетела в угол.

- Давайте мужики. Че девки даром простаивают? – приказал наш спаситель.

Лоно Натальи, перед моими глазами, одуряюще пахло сексом, слиянием женской и мужской плоти. Влажные губки так и манили. Несмотря на пережитое, я возбудилась и не удержалась. Подняла голову, смачно чмокая подругу ТУДА. Захватила губами клитор, нежно лаская язычком. Ее тело отозвалось едва ощутимой дрожью. Она сосала у стоящего перед ней и крепко держащего мои лодыжки. Другой, взгромоздился надо мной. Лоснящаяся, подрагивающая головка, медленно вползла во влагалище. Картина соития творилась прямо на глазах. Это дико возбуждало. В тот момент, когда стали брать и меня, я инстинктивно обхватила ягодицы подруги руками, будто свои, впуская член глубже. Мой язычок бешено запорхал то по клитору, то по раскачивающимся яичкам.

Наталью тоже разобрало. Она потекла, я чувствовала это на своих губах.

Когда начинала писать про салон, думала: знаю массу увлекательных случаев. Потом осознала – детский лепет. Чем удивить искушенную порно индустрией публику. Может эти забавные сюжеты вас повеселят?

МАМОЧКА.

Ей около 60 ти. Типаж – училка геометрии. Вспомните школу. У каждого такая была. Он классический ботан 40 лет. Увидев их впервые, в стенах нашего, развеселого,  заведения, была ошарашена их стереотипностью.

- Петруша, подожди маму здесь! Я сейчас.

Дородная дама гордо прошла на смотрины. Я закусила губу. Ржать над клиентом – увольнение. У девчонок, тоже вытянулись фейсы. Если бы не Ирка,  фиг бы удержались. Похоже, та и сама билась в истерике, но глубоко в душе. Нас, свободных, выстроили рядком в зале. Дама, брезгливо, словно переступая кучи навоза, прошла вдоль строя. Вернулась. Остановилась напротив меня. Потыкала пальцем в грудь. Убедившись в ее идеальной упругости, повернулась к хозяйке:

- Ирочка, эта вроде новенькая?

Ирина согласно закивала:

- Да, племянница моя, в город перебралась.

Старуха фыркнула:

- Что у вас в семье все непотребные? Здоровая хоть?

- Марья Александровна, у меня все девочки здоровые.

- Да кто его знает? – усомнилась старая вешалка, - Веди вот эту!

Если честно, мне до последнего верилось – может,  пронесет. С немой просьбой посмотрела на Ирину. В ответ, та провела ребром ладони по шее. Явно намекая на мою.

В отведенной для нас комнате я остановилась, не зная, что делать дальше. На пороге появилась маман с недоумком. Он, таясь, скользнул по мне взглядом, и, снова уставился опять в пол. Было видно, по его мимолетней, какой-то звериной улыбке – доволен. Мне стало не по себе.

- Чего уставилась, блядина! – окрикнула мегера, - Раздевайся, раком становись!

Я пожала плечами, скинула халатик. Встала, как приказали, на краю кровати.

- Петруша, раздевайся. – мамаша засуетилась возле чада.

Я не поворачивала головы, только слышала шелест снимаемой одежды. Затем болезненный хлопок по попке:

- Давай, вперед подвинься. Выставилась Евина дочка. Шмонька задымилась при виде мужика?

Ободренный «мужик», на кривеньких ножках, гордо подковылял к средоточию греха.

- Погоди Петруша. Мама сейчас…

- Неужели! – мелькнуло в моей голове, - Неужели сейчас она…!

Сзади раздалось характерное чваканье. Грози мне расстрел, я бы все равно не удержалась! Наклонила голову вниз и все увидела: мама, сняв с себя верх, обнажив огромные, обвислые груди, левой рукой онанировала член сынку, а второй поглаживала, похлопывала его по ягодицам. «Мужик» откинулся назад, выставил нормальных размеров член, сопел, кряхтел в такт мамкиному рукоблудию. Для полноты картины не хватало слюны в уголках рта.

- Презервативы где?

Я замешкалась, немного шокированная:

- На… на… на столике.

- Не мычи корова! Сейчас тебя оприходую. – самодовольно заявил Петруха.

- Мало не покажется! – поддакнула маман, - Стой смирно, спину вытру.

Холодное и мокрое неприятно коснулось кожи. Я дернулась.

- Стой, я сказала!

Запахло спиртом. Меня протирали антибактериальной салфеткой. Как то даже покоробило от обиды. Закончив уборку мамаша извлекла презерватив. Оба долго кряхтели. Полагаю член увял, през не налезал. Я же, как медный всадник, не шевелилась. Велели стоять – стою.

- Давай Петрушенька.

Мамаша грубо раздвинула мои половые губки, я чувствовала ее толстые пальцы и на члене сына, когда, она проталкивала его в меня. Наконец, «мужик» справился, больно вцепившись пальцами мне в бедра. Я дернула попкой. Над моим ушком тяжело задышала мегера:

- Ты это, девка, потерпи, а?  Я доплачу. Хорошо, доплачу. Помимо Ирины. Все твое. Не обращай внимание, он сейчас угрожать начнет. Просто поддакивай. Он безобидный.

Я кивнула. А Петрушу понесло:

- Я убью тебя, сука. Разорву! Ты подохнешь, захлебываясь кровью!

Видимо это придавало ему сил, пенис окреп, уверенно, ритмично прокладывая дорогу в моем лоне. Впрочем, недолго. Ревниво следящая мамаша, учуяла эякуляцию, подскочила, выдернула извергающийся член, сорвала резинку. Сперма закапала мне на спину.

- Ой, молодец! – умилилась она, - Сегодня так много. Смотри, мамочка сейчас все заберет! Что б никто не воспользовался ее мальчиком.

Горячим, влажным языком она слизала с моей кожи фамильное добро. Стало ясно, зачем старая кирза провела дезинфекцию.

- Надеюсь все? – я повернулась, усевшись на кровати.

Петруша застыл все в той же томной позе, а мама, залупив уже опавший член, вылизывала, блестящую, в свете ночника, головку.

Уходя, она протянула мне деньги:

- Это тебе, лично!

Я продолжала сидеть. Зашла Ирина, обеспокоенно осмотрела  меня:

- Все в порядке, девочка?

- Да?

- Доплатила?

Я протянула скомканные 5 рублей. Ирка сжала мой кулачек:

- Все что сверху – твое. Ты точно в поряде?

- Да. Ирин, а кто это?

- Ооо, если бы ты знала! Важная бабочка ну и…

Немного от себя. Всегда с уважением и понимаем, отношусь к тем, кто разорвал порочный круг обыденности и получает удовольствие от секса на полную катушку. Хорошо и приемлемо все, что не приносит  вреда. Но почему то, когда я еду в авто, слушаю, в городских новостях, об убийстве с изнасилованием, вспоминаю Петрушу. Вот какой вопрос, лично у меня: кто большее вселенское зло, лжеактивисты, требующие и создающие законы о уголовном наказании проституток, а сами растящие у себя дома вот таких вот Чикатил, или девочки, удовлетворяющие этих животных, честно зарабатывающие свой кусочек?

Блин, классно сказала. С такой программой не то что от ЛДПР, от Единой можно идти на выборы))))

 

                        live:olia.mishenko1985           ДЛЯ ЛИЦ старше 18 ти

ВСЕ МАТЕРИАЛЫ САЙТА ЯВЛЯЮТСЯ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТЬЮ live:olia.mishenko1985

This site was designed with the
.com
website builder. Create your website today.
Start Now